Эрик Верлинде: «Для меня гравитация и не существует»

    4 июля 2013 года европейская команда астрологов под управлением Хонгшенга Чжао из Центра гравитации SUPA в Институте Сент-Эндрюса предположила конструктивно новейшую теорию. По ней галактики Млечный Путь и Андромеда столкнулись подле 10 млрд годов назад, и наше осознание гравитации в корне ошибочно. Что броско, это же могло бы аккуратненько растолковать зримую структуру двух галактик и них спутников.

    Эрик Верлинде: «Для меня гравитация и не существует»

    В 2009 году Чжао возглавил международную команду астрологов, которая нашла нежданную взаимосвязь меж «темной материей» и зримыми звездами и газом в галактиках, что может целиком перевернуть наши современные мнения об гравитации. Чжао представил, что на черную материю повлияет невидимая сила.

    Группа считает, что взаимодействие меж черной и стандартной материей возможно важнее и труднее, чем числилось раньше, и вообщем черная материя может и не существовать, а уж аномальное движение кинозвезд в галактиках обосновано модификацией гравитации в сверхгалактических масштабах.

    «Темная материя, по всей видимости, «знает», как только распределяется зримая материя. Они вступили в сговор вместе эдак, что гравитация зримой материи и соответствующий радиус черного гало все время одинаковы», — говорит целитель Бенуа Фамаэй (Вуза Бонна и Страсбурга). — «Это очень изумительно, так как можно существовало ждать, что баланс меж зримой и черной материей очень находится в зависимости от персональной истории каждой галактики».

    «Картина, которую продемонстрировали заданные, позарез странноватая. Это же как только найти зоопарк зверях любых возрастов и объемов, у каких расчудесным образом схожи, скажем, вес костей. Полностью может быть, что негравитационная пятая сила руководит черной материей с помощью невидимой руки, оставляя те самые отпечатки пальцев на любых галактиках, вне зависимости от них возрастов, форм и размеров».

    Эта сила может разрешить другую крупную загадку эдак именуемой черной энергии, которая руководит ускоряющимся расширением Вселенной. Наиболее конструктивным решением будет пересмотр законов гравитации, в первый раз разработанных гораздо Исааком Ньютоном в 1687 году и уточненных Альбертом Эйнштейном и его общей теорией относительности в 1916 году. Эйнштейн эдак не решил перед началом финала, надо ли добавить собственному уравнению всесущий константный родник, который ныне именуется черной энергией. Астрофизик Нил де Грасс Тайсон объявляет, что черную энергию вообщем надо переименовать в черную гравитацию.

    На изображении свыше черная энергия представлена в образе светло-фиолетовой решетки, а уж гравитация — в образе зеленоватой. Гравитация истекает от всей материи во Вселенной, однако ее спецэффекты локализованы и резво исчезают на большенных расстояниях.

    Целитель Фамаэй прибавляет: «Если мы учитываем измененный закон гравитации в собственных наблюдениях, имело бы смысл поменять действенное воздействие гипотетичной черной материи силой, тесновато связанной с рассредотачиванием зримого вещества».

    Последствия новенького научные исследования умеют сконфигурировать некие из самых обширно всераспространенных научных теорий о истории и расширении Вселенной.

    Целитель Джанфранко Джентиле из Гентского вуза заключает: «Понимание сего таинственного комплота, возможно, ключ, отпирающий образование галактик и них структур».

    В январе 2010 года Эрик Верлинде, доктор теоретической физики и всемирно узнаваемый струнный теоретик, вызвал мировой переполох статьей «О происхождении гравитации и законах Ньютона», в какой бросил вызов всераспространенному осознанию силы гравитации и дошел перед началом заявления «для меня гравитация и не существует». Ежели он прав, изменение нашего осознания Вселенной, ее происхождения и Немалого Взрыва будет иметь далековато идущие последствия.

    «Каждый, кто ишачит над теоретической физикой, пробует оптимизировать Эйнштейна», — разговаривает Робберт Дийкграаф, доктор вуза UvA и сейчас директор Колледжа многообещающих исследовательских работ в Принстоне (в каком ишачили Тьюринг, Оппенгеймер и Эйнштейн в свое время). — «На мой взор, Эрик Верлинде обнаружил важнейший ключ для последующего этапа вперед».

    Верлинде, получивший бонус Спинозы (голландская «нобелевка») от Нидерландской научной организации, знаменит собственной новейшей теорией, в базе которой покоится мысль об фолиант, что гравитация — это же иллюзия:

    «Гравитация и не иллюзия в фолиант смысле, что все вещи падают», — разговаривает Верлинде. — «Большинство граждан, физиков в большей степени, полагает, что мы безупречно и правильно описываем гравитацию, используя ОТО Эйнштейна. Однако сейчас, кажется, мы можем начать с макроскопического заявления, где нет гравитации, однако которую можно получить. Это же именуется «появление».

    «У нас существуют и альтернативные явления в физике вроде этого», — продолжает Верлинде. — «Возьмите понятие температуры, к примеру. Мы испытываем его каждый денек. Мы можем ощутить температуру. Однако когда вы вправду задумаетесь об микроскопичных молекулах, понятие температуры пропадет. Это же нечто, что охарактеризовывает молекулы совместно; это же как только посредственная энергия молекулы».

    По Верлинде, гравитация похожа в этом замысле. Это же нечто, что возникает лишь тогда-то, когда вы кладете не мало вещей совместно в микроскопичном масштабе, а уж потом видите, что появляются конкретные уравнения.

    «Как ученые», — помечает он, — «мы на первых парах желаем осознать природу и нашу Вселенную. В ходе сего мы смотрим вещи, кои глубоко озадачивают, вроде той самой же черной материи. Мы лицезреем, что происходят какие-то странности, однако и не осознаем. Там обязано быть все больше материи, однако мы ее и не лицезреем. Еще есть нечто под заглавием «темная энергия». А уж еще есть самая большая головоломка, которую мы называем «теорией Немалого Взрыва».

    Верлинде считает, что его идеи прольют свет на понятие черной материи и черной энергии, и на них значимость относительно гравитации.

    «Мы считаем, что почти всегда осознаем гравитацию. Однако когда мы следим на галактики и альтернативные масштабные явления, галактические кластеры, мы лицезреем вещи, кои нельзя растолковать обычными уравнениями, вроде ньютоновского уравнения гравитации либо эйнштейновского. Таким макаром, мы обязаны представить, что бытует таинственная форма материи, которую мы называем черной материей и которую мы и не можем узреть. Черная энергия гораздо «страньше», в фолиант смысле, что мы и не знаем даже, из чего же она состоит. Это нечто, что мы можем включить в уравнение и вынудить вещи ишачить, однако останется гораздо куча тайн из разряда «почему» и «из чего». Сейчас у нас нет востребованного уравнения, дабы обрисовать это же. Надо находить оптимальную теорию гравитации и осознавать, что происходит с нашей вселенной».

    Например, в базе теории Немалого Взрыва покоится мысль, что в конкретный момент все неожиданно предстало лопаться и расти, наша Вселенная предстала все больше в один миг и продолжает расширяться. Верлинде полагает алогичным то, что все подросло в один миг.

    «Нелогично полагать, что ничего и не существовало и вдруг взорвалось. Мы используем этакие понятия, как только время и место, однако мы и не знаем, что же все-таки это такое в микроскопичных масштабах. Это же может поменяться. Объемной Взрыв обязует нас осознавать, что этакое время, и я думаю, что в дальнейшем мы еще больше разберемся с сиим вопросцем. Думаю, что мы сможем узнать, был ли на деле Объемной Взрыв либо же существовало нечто альтернативное. Либо, возможно, нам и не стоит ли полагать, что Вселенная вправду началась в один миг, и мы обнаружим альтернативный метод обрисовать это».

    Верлинде полагает, что информация, которая у нас существуют сейчас, также уравнения, кои мы используем, обрисовывают лишь маленькую часть тамошнего, что происходит на деле.

    «Если вы думаете, что что-то возрастает, как только наша вселенная, что-то гораздо обязано становиться все меньше. Думаю, существуют что-то, чего же мы пока что и не отыскали. Короче говоря, вселенная появилась из чего-то, а уж и не из ничего. Что-то существовало и нам надо определить уравнения. Надо что-то выполнять с черной энергией и черной материей. Ежели мы усвоим, какие уравнения надо написать для этих компонент нашей вселенной, мы усвоим и с чего же все началось».

    Теория Немалого Взрыва ладно ишачит в фолиант смысле, что предлагает нам представление об фолиант, как только возникли отдельные элементы в нашей Вселенной, также подкрепляется иными вещами, кои мы можем следить, вроде реликтового излучения. Однако мысль тамошнего, что расширение Вселенной началось с Немалого Взрыва, обязана поменяться.

    «Вам надо обрисовать все больше, чем ординарно крупицы материи. Для вас надо все больше аристократию об фолиант, что этакое место и время. Все эти вещи обязаны собраться совместно и растолковать теорию Немалого Взрыва».

    Квантовой механике пригодилось подле 26 лет, дабы начать ишачить. Подле 40 лет мы работаем над теорией струн, и пока что нет ничего, что можно существовало бы подтвердить наблюдениями либо тестами. Верлинде считает, что у его идеи все больше шансов быть испытанной экспериментально в течение 10-15 лет. А уж конечный итог приведет к смене парадигмы осознания тамошнего, как только существовала сотворена Вселенная. Либо кто ее сделал.