«Хаос» Европы: куда предпочтительнее обратить цель по исследованию спутника Юпитера?

    «Прямой забор образцов океана Европы воображает собой обстоятельный технологический вызов и будет вероятен гораздо и не вскоре, — разговаривает геобиолог Калтеха Вуди Фишер. — Но ежели мы сможем взять эталоны, оставшиеся в зонах хаоса, они умеют почти все распахнуть об составе и динамике океана внизу». Считают, что океан возможно на глубине 100 км. Хаос (chaos terrain) в этом случае — это же понятие, применяемое в планетной геологии для описания областей на поверхности небесных тел, имеющих беспорядочный рельеф. Этакие области сложены из хаотичного сочетания гряд, трещинок, плато и остальных типов структур. Них отыскали на Марсе и на Европе.

    «Хаос» Европы: куда предпочтительнее обратить цель по исследованию спутника Юпитера?

    Спутник Юпитера Европа, как только считают, прячет огромнейший соленый океан под собственной ледяной оболочкой, и этот океан, рассказывают ученые, владеет потенциалом поддерживать жизнь. Недавно NASA предложило выслыть к ледяной луне цель с целью поиска компонент, кои умеют указать на жизнь. Однако где находить идеальнее всего?

    Недавнешнее изучение команды Калтеха, включая Майка Брауна, доктора планетарной астрономии и доктора им же. Ричарда и Барбары Розенберг, также Кевина Хэнда, астробиолога и планетолога в Лаборатории реактивного движения NASA, продемонстрировало, что топовым пространством для поиска умеют быть иссеченные, неровные поверхности эдак именуемого «хаоса» Европы.

    «Если предположить пространство на Европе, где океаническая вода не так давно растаяла и выкинула хим вещества на поверхности, это же будет оно. Ежели мы когда-нибудь возьмем забор образцов и каталогизируем обнаруженную там химию, мы сможем познать, что происходило на деньке океана Европы и, может быть, обнаружим органические ингридиенты, что будет непременно интересно».

    «Мы знали в течение длительного времени, что свежайшая ледяная поверхность Европы, которая покрыта трещинками и хребтами и которая конфигурирует рельеф, является наружной сигнатурой большого внутридомового соленого океана, — говорит Браун. — Области хаотической территории отображают сигнатуры больших ледяных плит, кои были разделены, видоизменили позиции и опять промерзли. Эти регионы воображают пикантный энтузиазм, так как вода из океанов ниже могла подняться на поверхность сквозь трещинкы и бросить там отложения. Это же могло бы не мало рассказать о активности на границе жесткого ядра и океана».

    В поисках этаких отложений, ученые заного глянули на заданные, изготовленные в 2011 году на телескопе Кека на Гавайях при помощи спектрографа OSIRIS. Спектрографы разбивают свет на компоненты его части и потом определяют них частоты. Каждый электрохимический элемент владеет оригинальными светопоглощающими чертами, спектральными полосками. Спектральный узор, который выходит в ходе абсорбции света на конкретной длине волны, можно применять для идентификации хим состава минералов на поверхности Европы по отраженному освещению.

    «Хаос» Европы: куда предпочтительнее обратить цель по исследованию спутника Юпитера?

    Инструмент OSIRIS определяет диапазон в инфракрасных длинах волн. «Минералы, кои мы ожидаем определить на Европе, имеют отличительные спектральные отпечатки в инфракрасном свете, — говорит Фишер. — Соедините это же с экстраординарными возможностями адаптивной оптики на телескопе Кека, и получите максимально массивный инструмент». Механизмы адаптивной оптики понижают размытие, вызванное турбулентностью в земной атмосфере, за счет измерения преломления изображения красочной суперзвезды либо лазера и механической корректировки.

    Наблюдения OSIRIS произвели диапазон наиболее 1600 отдельных точек на поверхности Европы. Дабы внести в этот комплект заданных смысл, Фишер разработал новейшую методику сортировки и идентификации больших групп спектральных сигнатур.

    «Патрик разработал максимально мозговитый новейший математический инструмент, который дозволяет для вас взять коллекцию спектров и автоматизированно, без каких-то тенденциозных человечьих убеждений, систематизировать них по числу разнообразных спектров», — разговаривает Браун. Это же программное обеспечение смогло сравнить эти группы показаний с картой поверхности Европы, сделанной в процессе миссии NASA Galileo, составляющей карты троянских спутников с финала 90-х. В итоге вышло приятное управление по составу регионов, в каких существовала заинтересована команда.

    В процессе анализа выявили три композиционно разнообразных категории спектров. Первая — водяной лед, преобладающий на поверхности Европы. Вторая категория включала хим вещества, образующиеся, когда ионизированные сера и кислород — может быть, от вулканической активности луны Ио, которая вблизи, — бомбардируют поверхность Европы и реагируют с здешними льдами. Эти заданные согласуются с плодами предшествующей работы, проделанной Брауном, Хэндом и иными в выявлении поверхностной химии Европы.

    Однако третья группа хим индикаторов существовала увлекательнее. Она и не соответствовала ни ледяным, ни серным группам, и ее нельзя существовало с легкостью подчеркнуть из солевых минералов, как только тамошнего можно существовало бы ждать на базе подготовительных познаний об Европе. Магний, как только полагали, присутствует на поверхности, однако имеет малосильную спектральную подпись, и этот третий комплект показаний и не соответствует чему-то, что уже знали об Европе. «По сущности, он и не соответствует ни единому соленому материалу, который раньше сравнивали с Европой», разговаривает Браун.

    Когда эту третью группу нанесли на поверхности, она попала на хаотическую территорию. «Я следил на карты третьей группы диапазона и нашел, что она по наибольшей части соответствует регионам хаоса, отмеченным на снимках «Галилея». Это же существовало поразительное открытие, — разговаривает Фишер. — Более немаловажным результатом сего научные исследования существовало осознание тамошнего, что эти материалы являются родными для Европы, так как они очевидно сопряжены с областями недавнешней геологической активности».

    Состав этих отложений до сего времени и не определен. «Мы думаем, что это же соли, оставшиеся опосля тамошнего, как только крупное количество океанических вод вытекло на поверхность, а уж потом испарилось». Браун ассоциирует эти регионы с них земными аналогами. «Это умеют быть как только заглавные солончаки в пустынных регионах мира, в каких электрохимический состав соли отражает все материалы, растворенные в воде перед началом ее испарения».