Конкретно технологии проделывают человека человеком

    Бобры возводят запруды на реках; птицы возводят гнезда; шимпинзе задействуют палки для ловли муравьев либо термитов. Природа разговаривает сама за себя. Однако когда люди возводят запруды либо задействуют инструменты, дабы прокормить себя, наши изделия, хоть и являясь и не в пример наиболее сложноватыми, числятся противоестественными. Это же разграничение укоренилось очень глубоко. Целые поля мысли, исследовательских работ и инженерии подтверждают это же собственными наименованиями: синтетическая биология, к примеру, либо искусственный ум. Появляется чувство, как будто людские изобретения разделены от природы. Однако как вообщем можно различать естественное от противоестественного, природное от неприродного? Как это же вообщем полезное различие?

    Конкретно технологии проделывают человека человеком

    Сначала этот вопросец кажется примитивным. Однако это же и не эдак. Благодаря чему поводу Бертран Расселл красиво высказался: «Все расплывчато перед началом этакий степени, что вы и не знаете это же, пока что и не пытаетесь уточнить».

    В словаре дефиниция «неестественного» значит «отличное от вещей, кои привычно имеются в физическом мире либо природе». Как следует, мы обязаны обусловить, что этакое «обычно», однако нет ничего наиболее расплывчатого, чем это же. У каждого человека свое понятие «обычного», зависимо от его критерий существования и актуального эксперимента. Мы можем поменять «обычно» словом «средне», однако тогда-то столкнемся с целесообразностью коллекционировать статистику. Ежели свести обилие мира к «среднему», и не остается ни единого непосредственного примера.

    И даже ежели мы отнесемся к слову «обычно» всерьез: суперзвезды, планетки, признаки жизни — все, состоящее из материи, — будут далеки от традиционного для нас. Практически вся природная, естественная Вселенная представлена пустым местом. Однако кто бы охарактеризовал Планету земля, Солнце либо деревце как только что-то противоестественное?

    Ежели посмотреть обширнее и сообщить, что все в нашей Вселенной конечно — тогда-то все противоестественное станет неосуществимым по определению. Оно может существовать, однако мы ни разу и не столкнемся с ним, так как оно присутствует за пределами нашего эксперимента.

    Может быть, технологии граждан так же естественны, как только и инструменты, кои встречаются по всему звериному королевству; они все эдак же естественны, как только планетки, суперзвезды и галактики.

    С данной точки зрения технологии являются очевидным следствием физических законов. И чувство, что это же что-то дальнее от природы, в основном относится к морали. Зримо, изобретения либо технологии обижают ощущения энных граждан.

    Добрый современный пример — генная инженерия.

    В текущее время мы не достаточно используем генную инженерию относительно к растениям (разве что делая генно-модифицированные товары), однако новейшие массивные технологии редактирования генов резво облегчают процесс работы с отдельными генами. Мы можем поместить ген медузы в альтернативный геном и вынудить растение, зайчика либо котенка сиять темно-зеленым оттенком. И не ИСТИНА ли, удивительно?

    В и не настолько отдаленном грядущем мы, может быть, будем часто заниматься инженерией всего попорядку, от микробов перед началом генома человека, даже производить совсем новейшие формы жизни. Однако к идее генной инженерии у нас существуют мощное омерзение и отрицание. Привычно генную инженерию именуют противоестественной для человека, дальней от природных планов, «игрой в Бога».

    Однако генетические опыты стары как только жизнь. Ведь это же движок самой эволюции.

    От первобытной грязюки перед началом изобилующих океанов кембрия и живому миру, который мы знаем сейчас, генетические мутации и половая рекомбинация привели к немыслимому обилию созданий — глубоководных чудовищ, хрупких расцветающих цветков, эстремофилов, высших приматов. И люди сознательно проводили генетические опыты долгое время, следя за живыми популяциями и используя селекцию.

    Общепризнанно, это же диапазон. Однако и не от природного к противоестественному. На одном финале у вас эволюционные шансы, а уж на альтернативном ориентированная эволюция. Половой отбор является собственного рода ориентированной эволюцией, в фолиант смысле, что отдельные индивидуумы подсознательно выбирают партнеров для собственных генов по выраженным физическим признакам. Однако настоящая ориентированная эволюция станет потенциальной лишь благодаря людям. Исходя из убеждений геологического времени, это же в новинку.

    Будучи относительно новейшим приобретением эволюции, мы боимся власти, которая сосредоточена в наших руках, и негативная реакция против технологий а также имеет смысл, так как мы лицезреем, как только изменяется Планета земля по причине нашего присутствия. Ежели глядеть из космоса, планетка практически сияет ночькой.

    Однако мир за пределами граждан и не имеет этаких нравственных оценок и соображений. Античный вулканизм конструктивно переделал атмосферу Почвы; астероид уничтожил динозавров; и если б им же придали шанс, звери резво переработали бы окружающую среду и ее ресурсы.

    Даже «естественный» генетический отбор и не является этическим либо совсем практическим с позиции тестов. Конфигурации протекают тыщи либо миллионы лет. Звери остаются с никчемными, рудиментарными остатками предшествующих поколений. Генетические болезни и условия жизни приводят к страданиям, погибели и вымиранию сортов.

    Генетическая инженерия, которой занимается человек, с альтернативный стороны, и не является произвольной совсем. И эта идея сразу стращает и обнадеживает. Будут ошибки на этом пути, будут злостные творения — безусловно — однако в большей степени генетические научные исследования делят общую миссию: оптимизировать почти все в жизни населения земли.

    Это же может означать исцеление генетических болезней либо понижение неудачных урожаев. Это же может а также включать смешное либо легкомысленное — вроде светящихся зайчиков — или страшное — вроде дизайнерских малышей.

    Будет ли итог наших тестов с генной инженерией и иными передовыми технологиями оптимальным либо неполноценным? Мы и не знаем. Нас ожидает новейший кембрийский взрыв, в фолиант числе и исходя из убеждений контраста воззрений и результатов. Однако обсуждая будущее, мы все более четко определяем, за что стоит ли биться, а уж от чего же стоит ли отрешаться. Мы определяем границы, кои и не жаждили бы либо и не могли пересекать.