Крысы и не поверили в виртуальную действительность

    Если б вы были крысой, проживающей в целиком виртуальном мире вроде Матрицы, могли бы вы о этом познать? Возможно и нет, но ученые полагают, что ваш головной мозг сумел бы наверное. Свежие исследования продемонстрировали, что конкретные клеточки головного мозга крыс ишачят по-разному, зависимо от тамошнего, присутствуют звери в виртуальной действительности либо в действительном мире.

    Крысы и не поверили в виртуальную реальность

    Нейроны, об которых речь идет, знамениты как только пространственные клеточки; они отзываются на изменение расположения туловища и присутствуют в гиппокампе — части головного мозга, ответственной за пространственную ориентацию и память. Когда вы вынянчите из особняки, эти клеточки срабатывают, напоминая, что сквозь два этапа от двери будет некий кустик. Они срабатывают опять, когда вы возвращаетесь домой и проходите рядом с кустиком, хотя вы движетесь в оборотном направлении. Ученые издавна подозревали, что эти клеточки помогают головному мозгу генерировать карту окружающего мира. Однако как только клеточки выяснят об фолиант, что попали в какое-то пространство в первый раз?

    Прежние научные исследования продемонстрировали, что эти клеточки полагаются на три различных образа инфы. Во-первых, они анализируют «зрительные сигналы», другими словами то, что вы видите вокруг. Во-вторых, они анализируют эдак именуемые «сигналы самодвижения». Эти сигналы поступают от тамошнего, как только ваше тело движется в пространстве и являются предпосылкой тамошнего, что вы сможете определить выход из комнаты с выключенным светом. Крайний тип инфы — это же «проксимальные сигналы», кои улавливают заданные об вашем округе. Аромат булочной по дороге на работу, звуки улиц, запуганных машинками, узор на соломе в парке — все это же проксимальные сигналы.

    В действительном мире максимально мудрено подделать работу каждого из этих сигналов. Однако в среде виртуальной действительности ученые умеют них держать под контролем. В опыте участвовали крысы, сидящие на шаре, вокруг коего изменялись фильмоподобные изображения, создавая воспоминание, как будто крысы посиживают на беговой дорожке. Них ощущение места полагалось на зрительные сигналы от проекций и сигналов самодвижения, но у их и не существовало проксимальных сигналов типа звука и аромата.

    Когда Маянк Мета, нейробиолог из Калифорнийского вуза, сравнил активность клеток, бегущих по настоящей дорожке, с активностью клеток крыс, бегущих по виртуальной действительности, он нашел несколько смешных закономерностей. В действительном мире подле 45 % пространственных клеток крыс активизировались на одном из участков дорожки. В виртуальной действительности — лишь 22 %. «Половина нейронов ординарно смолкли», — разговаривает ученый.

    Наиболее тамошнего, пространственные клеточки, похоже, имели совсем альтернативное отношение к месту в виртуальной действительности, ежели в настоящей. Помните, ваши пространственные клеточки активизируются, когда вы находитесь в двух этапах от входа в ваш особняк? В настоящих критериях крысиная версия этих нейронов будет активироваться в двух этапах опосля старта, а уж опосля — когда крыса возвратится к той самой же точке. Но в виртуальной действительности происходит что-то странноватое. Заместо тамошнего, дабы активироваться второй раз во время возвращения крысы к начальной точке, клеточки активизируются, когда крыса присутствует в двух этапах от обратного финала дорожки. С этаким же фуррором ваши клеточки могли активироваться один раз, когда вы вынянчите из особняки, и второй — когда вы подходите к кару. Заместо расположения крысы в абсолютном пространстве клеточки учитывают ее относительное местоположение на беговой дорожке. Мета именовал это же «дисто-кодом» и пометил, что в действительном мире этакого и не бывает ни разу.

    Мета подозревает, что эти разницы в активности пространственных клеток сопряжены с отсутствием в виртуальной действительности проксимальных сигналов. Он считает, что нейроны, кои отключаются в виртуальной действительности, воображают собой те самый, кои несут ответственность за восприятие аромата, звука, текстур с следующим перевоплощением в информацию об фолиант, где присутствует крыса. Беря во внимание то, что, когда эти сигналы исчезают, когнитивная карта крысы обменивает ориентацию с абсолютного положения на относительное, проксимальные сигналы умеют быть главным ингридиентом, который отвечает за ментальную карту в действительном мире.

    «Пока наличествуют проксимальные сигналы, у их существуют сила вето. Они и не дозволяют срабатывать дисто-коду».

    Лорен Франк, невролог из Сан-Франциско, и не принимавший роль в опыте, впечатлен тестом Меты и выводами крайнего относительно гибкости системы картографии гиппокампа. Однако он предупреждает, что сила проксимальных сигналов относительно зрительных может очень различаться у крыс и граждан.

    «У нас существуют тенденции предполагать, что альтернативные организмы воспринимают мир эдак же, как только мы», — разговаривает он. — «Но в отличие от граждан, крысы катастрофически никудышно видят». Заместо сего они полагаются на осязание и чутье. А уж означает, исключение проксимальных сигналов может воздействовать на их в основном, ежели на граждан.

    Даниель Домбек, нейробиолог из Северо-Западного вуза в Эванстоне, а также и не связанный с тестом, соглашается с тем самым, что новое изучение «любопытное». Он а также выказывает предположение, что энтузиазм к моделированию виртуального мира для крыс будет лишь расти.

    В людском же мире мы все больше ждем возникновения первых плодов дополненной действительности.