Воззрение профессионалов: каким будет мир опосля автоматизации?

    Мягенькие, гибкие пальцы растягиваются, дабы деликатно заснять яблоко с полки и мягко положить в корзину. Потом задачка повторяется с лимонами, потом с перцем. Пальцы ни разу и не сетуют не устают. Больше корпораций обращаются к мозговитым машинкам, дабы сберечь на неспешных и накладных рабочих в личике граждан. Автоматизация. Что же все-таки это такое? Что это же означает для вашей работы?

    Прообраз манипулятора, описанный чуть повыше, — это же рука разработки Ocado, английского онлайн-супермаркета. Некорректная форма и узкая кожура этих неиндивидуальных товаров рассказывают об фолиант, что они, обычно, упаковываются людьми на складах Ocado. Однако корпорация употребляет механизированные технологии, дабы посодействовать сиим людям не совсем только неопасно возделывать продукцию, да и выполнять это же скорее и дешевле для предприятия.

    Ocado — далековато и не единственная корпорация, предпочитающая автоматических рабочих. То же происходит в поликлиниках, юридических фирмах, на фондовом базаре. Перечень собирается долгий.

    Вопросец в фолиант, как только это же оказывает влияние на рабочих граждан. На вас, к примеру, как только это же может воздействовать?

    Мы частенько слышим об фолиант, как только сумрачные боты грядущего воруют наши рабочие пространства, однако эдак ли это же? Кто в зоне риска? Каким будет ваше рабочее пространство сквозь пять лет?

    Ответы умеют изумить вас.

    Содержание

    • 1 В зоне риска — посредственный класс
    • 2 Проверка грядущим
    • 3 Боты будут дополнять, а уж и не подменять
    • 4 Привилегию человека
    • 5 Трудности этики
    • 6 Машинки едут вперед

    В зоне риска — посредственный класс

    Научные исследования рассказывают об фолиант, что 47% граждан, действующих в США, умеют быть изменены машинками, а уж в Англии под опасностью возможно подле 35% рабочих мест — и в развивающихся странах степень опасности гораздо свыше, так как две третьих рабочих мест умеют быть автоматизированы.

    Однако машинки, крадущие рабочие пространства, — это же и не ново. «Автоматизация уже происходила раньше», разговаривает Бхагван Чоудхри, доктор денег Калифорнийского вуза в Лос-Анджелесе. Чоудхри показывает на сдвиги, кои произошли на заводах во время индустриальной революции, когда автоматизированные ткацкие станки и альтернативные машинки переняли ткацкое дело у граждан.

    Что поменялось в сей раз? «Это затронет не совсем только синеватые воротнички, да и не мало белых», разговаривает Чоудхри. Под «синим воротничком» имеется в образу рабочий класс, под белоснежным — служащие, бюрократы, админы, менеджеры.

    Часто мы считаем, что самые низкооплачиваемые рабочие пространства с малорослой квалификацией все больше остальных находятся под риском. К примеру, работники склада либо кассиры. Но автоматизация а также может воздействовать на работу граждан со посредственным доходом, к примеру, клерков, поваров, офисных работников, сторожей, младших юристов, инспекторов.

    Известно, что находящиеся на полосы огня люди обеспокоены. «Опасения касаются не совсем только переходного периода», разговаривает Карл Бенедикт Фрей, соучредитель Oxford Martin Programme on Technology and Employment. «Большинство рабочих мест, кои будут автоматизированы, просят других способностей, в отличие от вновь сделанных. Немаловажно будет обеспечить, дабы оставшиеся без работы люди сумели определить самому себе занятие».

    Итак, обязаны ли предприятия, кои стремятся к автоматизации, нести моральную ответственность и помогать персоналу учиться новейшим способностям?

    Проверка грядущим

    Ответ может затронуть не совсем только предприятия — поиск ответа может начаться со школы.

    Наше современное структурированное образование, может быть, теряет смысл во всем мире, где технологии изменяются эдак резво.

    «Озабоченность состоит в том, что мы и не обновляем наши образовательные, учебные и политические университеты, дабы и не отставать», предупреждает Эрик Брюнхолфссон, директор Инициативы по цифровой экономике Массачусетского технологического колледжа. «Мы можем в конечном счете кинуть почти всех людей».

    Брюнхолффсон и Пол Кларк, технический директор Ocado, сходятся в фолиант, что образование в школах и институтах обязано предпочтительнее приготовить учеников к миру, в каком искусственный ум и робототехника будут обширно всераспространены.

    На рабочих пространствах от служащих а также будет требоваться регулярное обновление способностей заместо пользования одних и тамошних же в протяжении всей карьеры.

    «Разница меж работой и обучением готов стать расплывчатой», разговаривает Чоудхри. «В полноценное время мы привыкли к зонированию, когда действующим нежелательно обучаться, а уж те самый, кто обучается, и не ишачят. Нам надо поразмыслить об фолиант, дабы уйти от классической пятидневной рабочей недельки к той самой, где я трачу 60% собственного времени на исполнение собственной работы и 40% — на регулярное обучение».

    Для большинства из нас это же готов стать судьбоносным фактором в мышлении.

    Изучение консультантов по менеджменту McKinsey and Company продемонстрировало, что наименее 5% профессий умеют быть целиком автоматизированы существующими технологиями. Ординарно поэтому, что наши рабочие пространства очень многообразны и изменчивы, дабы боты могли делать все задачки.

    Заместо сего, по них прогнозам, подле 60% профессий предстанут автоматизированы на третья часть. Означает, большая часть из нас сумеет уцепиться за свои рабочие пространства, однако поменяется сам процесс нашей работы.

    Боты будут дополнять, а уж и не подменять

    Исследование тамошнего, как только ишачить плечо о плечо с роботами, будет позарез немаловажно.

    «Бывают случаи, когда машинки забирают на себя часть циклических работ, дабы избавить граждан, дабы они могли делать альтернативные, наиболее полезные критерии собственной работы», поясняет Джеймс Манника, старший партнер McKinsey, который провел огромную часть собственных исследовательских работ в области воздействия автоматизации. «Это может значительно сконфигурировать процесс распознавания зарплаты, так как машинка будет выполнять всю трудную работу. Из сего а также следует, что все больше граждан сумеет делать эту работу с помощью технологий, потому конкурентность возрастет».

    Существуют а также и поболее машистые трудности. С снижением доходов посредственного класса, правительства умеют столкнуться с таковыми базовыми дилеммами, как только упущенные налоги и неудовлетворенный электорат.

    К счастью, существуют не мало дел, кои машинки пока что выполнять и не способен.

    Одним из не плохих примеров предстала работа исследователей из Сингапура, кои пробуют научить два автономных механизированных манипулятора коллекционировать плоские стулья из «Икеи». Невзирая на применение современного оборудования, машинки и не умеют совладать с простейшими задачками.

    Даже вычленение различных объектов из хаотической растворы элементов воображает собой сложноватую задачку для ботов. В крайних тестах двум ботам потребовалось все больше полутора минут, дабы удачно воткнуть фрагмент шпунта в одну из ножек стула.

    И это же лишь одна часть предмета мебели. «Настоящие трудности начинаются, когда вы желаете, дабы бот собрал несколько предметов мебели. Бот мог бы собрать комод «Икеи», однако и не сумеет собрать гардероб из той самой же серии, так как детали будут иными, даже ежели некие этапы компоновки останутся таковыми же. У граждан нет этакий проблемы».

    Привилегию человека

    От завышенной гибкости перед началом топовых личных свойств, все время будут оставаться вещи, в каких мы предпочтительнее ботов.

    «По мере тамошнего, как только мы автоматизируем периодическую работу, мы лицезреем возрастающий спрос на творческие навыки», разговаривает Брюнхолфссон. «Мы а также лицезреем возрастающий спрос на граждан с соц способностями, способностями межличностного общения, кои воспитывают, хлопочут, поучают, навязывают свои убеждения, имеют способности ведения переговоров и ладно продают».

    Фрей полагает, что существуют несколько областей, в каких у граждан будет привилегию.

    «Первая — это же социальные взаимодействия», разговаривает Фрей. «Если призадуматься об разнообразии сложноватых соц взаимодействий, кои мы встречаем каждый денек, когда ведем переговоры либо пытаемся уверить граждан, посодействовать иным либо позаботиться об клиентах… Мы управляем командами и все этакое. Ординарно неописуемо, что компы сумеют поменять людей-работников, кои все это же делают».

    Очередная — творчество. Компы хорошо управляются с дилеммами не скучая делают периодические деяния. Все же люди находят этакую однообразную работу мучительной.

    Инициатива Массачусетского технологического колледжа поставила задачку на 1 миллион баксов, ориентированную на то, дабы побудить компании очень применять эти «человеческие черты» вместе с технологиями.

    «Сумма, которую мы в текущее время выплачиваем нянькам и сиделкам для пенсионеров, максимально низкая», разговаривает Маниика из McKinsey. «Точно эдак же существуют не мало художественных и творческих работ, кои ни разу и не оплачивались. Задачка заключается в том, дабы оплачивать и ценить творческую работу по заслугам, так как машинка ни разу и не будет способна на нее в тотальной мере».

    Алекс Харви, научный управляющий в Ocado Technology, которая разрабатывает программное обеспечение и технологии для розничного подразделения предприятия, помечает, что мир был спроектирован и возведен для граждан, и вынудить ботов работать в данной сложноватой естественной среде — суровая техно задачка.

    Один из проектов Ocado — это же робот-помощник по техническому обслуживанию под заглавием SecondHands. Он демонстрирует, как только люди и боты могли бы сотрудничать.

    «Например, у него существуют способность подымать вещи на огромную высоту, чем у человека», поясняет Харви. «Это достаточно простейший бот исходя из убеждений его поведенческого репертуара, однако он может сформировать красивую команду, в какой человек-техник будет фаворитом и они сумеют применять мускульную силу робота».

    Однако чем теснее люди и машинки будут ишачить совместно, тем самым темнее будет этическая сторона.

    Трудности этики

    Подле 1,7 миллиона ботов уже употребляются по всему миру, однако в большинстве случаев в заводских критериях, где людям почти воспрещен вход. Цифры увеличиваются и участия, кои исполняют боты, тоже. Получается, людям придется ишачить с ними плечо о плечо, и риск возрастет соответственно.

    «Должно быть все больше прозрачности, дабы мы могли осознать, как только эти штучки проделывают то, что проделывают, и как только ведут себя», полагает Мэди Дельво, заместитель председателя комитета по правовым вопросцам Евро парламента.

    Не так давно призвала парламент к созданию правил для робототехники и искусственного ума.

    В докладе, приготовленном для Европарламента, подчеркивалась настоятельная целесообразность в новейшем законодательстве о ответственности в случае аварий. Подобные вопросцы ответственности появляются, ежели бот решает деяния, нарушающие закон. Метод искусственного ума, к примеру, может пропустить серию денежных транзакций в обход запутанной паутине правил, рулевых сегментом.

    Дельво и ее коллеги а также призывают к созданию этического кодекса, который урегулирует наши взаимоотношения с роботами.

    «Должны быть пункты, требующие почтения, вроде автономии человека и неприкосновенности личной жизни», полагает Дельво.

    Все это же выдвигает на первый замысел очередную неурядицу, которая тревожит почти всех разрабов искусственного ума: предубеждение. Системы машинного обучения столь же хороши ровно так, как столь же хороши заданные, кои даются им же для исследования. Недавнешние научные исследования продемонстрировали, что искусственный ум может развивать сексистские и расистские тенденции.

    Меж тем самым Билл Гейтс не так давно предложил обложить ботов налогом, дабы возместить упущенные сборы с дохода от служащих. Альтернативные представили, что так как боты берут на себя больше задач, может появиться целесообразность в всепригодном базисном доходе, дабы каждый получал государственное пособие.

    Машинки едут вперед

    На примере мебели из «Икеи» становится явно, что ИИ гораздо надо длительно развиваться.

    Может быть, одной из наибольших неурядиц, стоящих перед машинным обучением и искусственным умом, является осознание тамошнего, как только ишачят них методы. «Такие вещи, как только искусственный ум и машинное обучение, по наибольшей части остаются темными ящиками», утверждает Маниика. «Мы и не можем открыть них, дабы познать, как только они получили ответ, который получили».

    Это же образовывает ряд неурядиц. Системы машинного обучения и современный ИИ привычно учатся с внедрением большенных наборов изображений либо заданных, кои скармливаются системе, дабы тамошняя обучалась распознавать закономерности и тенденции. Потом них задействуют для выявления схожих паттернов при вводе новеньких заданных.

    Это же возможно ладно, ежели нам надо определить КТ-сканы, показывающие признаки заболевания. Однако ежели мы используем схожую систему для идентификации подозреваемого из куска оперативной съемки, нам нужно осознание работы метода, дабы обеспечить неоспоримые подтверждения.

    Даже в области автономных тс эта способность к обобщению останется нешуточной неувязкой.

    Такео Канаде, доктор робототехники в Институте Карнеги — Меллона, является профессионалом в отрасли самоуправляемых каров и компьютерного зрения. Он разговаривает, что предоставление ботам «подлинного понимания» окружающего них мира как и раньше воображает собой техно неурядицу, которую нужно преодолеть.

    «Дело не совсем только в идентификации местоположения объектов», поясняет он. «Технология обязана осознавать, что выполняет мир вокруг нее. Например, намерено ли человек перейти дорогу либо нет?».