Инопланетный ум II: завлекают ли инопланетян заглавные мозги?

    «Ничто в биологии и не имеет смысла, — писал эволюционный биолог Феодосий Добржанский, — за исключением как только в свете эволюции». Ежели мы желаем оценить, как возможно появление технологически развитых цивилизаций на остальных планетках либо лунах и какими они могли бы быть, теория эволюции — наш оптимальный путеводитель. 18 мая 2016 года вновь сделанная METI International, занимающаяся поиском потенциальных методов взаимосвязи и общения с инопланетными нациями, провела семинар под заглавием «Интеллект SETI: ум и коммуникации инопланетного интеллекта». Семинар прошел в Сан-Хуане, Пуэрто-Рико, в первый денек Интернациональной конференции по освоению галлактического места, проводимой Государственным галлактическим сообществом. Речь держали ученые из области эволюционной биологии, психологии, когнитивных наук и лингвистики.

    В первой части данной серии мы выяснили, что ум, в фолиант либо ином образе, обширно всераспространен по всему звериному королевству. О этом поведала Анна Дорнхаус, которая изучает коллективное принятие решений у насекомых в качестве адъюнкт-профессора в Вуза штата Аризона. Оказалось, что насекомые, с них крохотными мозгами, показывают изумительно сложноватые навыки. Ум, в фолиант либо ином образе, является вероятным и возможным товаром эволюции.

    Звери развивают познавательные навыки, кои нужны им же для ублажения своих потребностей в них заядлой среде и стиле жизни. Сложноватые мозги и знание не мало раз развивались на Планете земля, различными эволюционными стезями. Однако за миллионы эволюционных родословных, кои бывали на Планете земля за 600 миллионов лет с момента возникновения сложноватой жизни, лишь одна, наша людская линия, обзавелась конкретными возможностями, присущими технологической нации. Это же разговаривает об фолиант, что технологическая нация и не является неминуемым товаром длительной эволюционной тенденции, а уж быстрее нежданным и исключительным товаром причин, сложившихся спецефическим образом. Что же это все-таки за происшествия? Как исключительны и невероятны они обязаны быть?

    Ведущий семинара Джеффри Миллер — доктор психологии в Институте штата Нью-Мексико. Миллер полагает, что у него существуют ответ на вопросец об фолиант, какими обязаны быть особенные происшествия, кои привели к возникновению человека. Наши давнешние праотцы заселяли африканские саванны. Как только и иным млекопитающие, кои и не надобны были огромные мозги для выживания. Эволюционные силы, что привели к повышению головного мозга, полагает Миллер, и не умеют быть сопряжены с целесообразностью выживать. Наоборот, конкретно ум прокладывал путь для эволюции. Однако Миллер и не креационист не верует в внеземной монолит из кинофильма «Космическая одиссея 2001 года». Путеводный ум Миллера — это же ум, который приименяли наши праотцы, когда выбирали самому себе партнеров.

    Теория Миллера возвращает нас к идеям основоположника современной эволюционной теории, английского натуралиста 19 века Чарльза Дарвина. Дарвин подразумевал, что в базе эволюции покоится процесс естественного отбора. Звериное потомство различается одно от иного и рождается в очень огромном количестве, дабы все могли выжить. Некие погибают от голода, остальных поедают хищники, третьи подвергаются иным испытаниям одичавшей природы. Выживают немногие, кои оставляют потомство, а уж означает и транслируют черты, кои дозволили им же выжить. Спустя поколения, черты, кои дозволяли им же выживать, становились все наиболее общераспространенными и полезными, а уж альтернативные черты уходили на задний замысел.

    Инопланетный ум II: завлекают ли инопланетян заглавные мозги?

    Однако сам Дарвин был озабочен нешуточной неувязкой в его теории. Он знал, что у почти всех зверях имеются выдающиеся черты, кои, кажется, ничуть и не оказывают влияние на них способность выживания, быстрее даже мешают ей же. Колоритные оттенки почти всех насекомых, расцветка оперения, песни птиц, гигантские рога лося — все это же свойственные и дорогостоящие черты, кои и не укладываются в его теорию естественного отбора. Павлины со собственными пестрыми хвостами были в англоязычных садах всюду и всегда истязали Дарвина собственным общим видом.

    Наконец, Дарвин обнаружил решение. Дабы произвести потомство, звериное обязано не попросту выжить, а уж к тому же определить напарника для спаривания. Все отличительные черты, кои тревожили Дарвина, можно существовало бы растолковать тем самым, что они выполняли них обладателя красивее и сексуальнее для возможных партнеров, чем альтернативные соперники сего образа. Ежели павам нравится прекрасное оперение, то с каждым поколением они будут выбирать партнеров посреди самцов с самыми прекрасными хвостами и отторгать иных. Благодаря конкуренции, павлиньи хвосты будут становиться все наиболее сложноватыми с каждым поколением. Дарвин именовал собственную новейшую теорию половым отбором.

    Почти все дальнейшие эволюционные теории умаляли значение полового отбора и соединяли его с очевидным отбором как только метод повысить качество крайнего, поспособствовать выживанию и репродуктивному успеху. Все же не так давно эволюционные биологи начали анализировать половой отбор в еще наиболее удачном свете. Джеффри Миллер представил, что человечий головной мозг эволюционировал, благодаря половому отбору. Он полагает, что люди сапиосексуальны: них завлекает ум и товары его работы. Предпочтение в выборе наиболее мозговитых партнеров приводит к возникновению наиболее развитого ума, который, в собственную очередь, дозволил нашим праотцам предстать еще больше разборчивыми в выборе партнеров поумнее. Необщительный цикл и, как только следствие, взрыв ума.

    Потому у нас существуют язык, музыка, танцы, юмор, искусство, литература, даже нравственность и этика — все это же бытует, так как тамошних, кто был неплох в этих областях, признавали наиболее сексопильными, надежными и заслуживающими доверия, и они были наиболее успешны в обеспечении сохранности для собственных партнеров, чем альтернативные. Человечий головной мозг — как только хвост павлина. Он востребован для ухаживания за партнерами, а уж и не для выживания. Однако у протолюдей существуют принципиальные отклонения от павлинов. Самцы и самки имели заглавные мозги и право выбора. Протолюди, в отличие от павлинов, создавали моногамные нескольких. У теории Миллера существуют трудности, кои нам и не хватит пространства исследовать. Дабы отобразить, что его теория ишачит, Миллеру потребовалась компьютерная фотомодель.

    Инопланетный ум II: завлекают ли инопланетян заглавные мозги?

    Эволюция проточеловеческого ума через географию и время. Homo egaster жил в ранешном плейстоцене меж 1,9 и 1,4 миллиона годов назад и владел мозгом в половину объема современного Человек разумный. Он изобрел продвинутые каменные оружия труда и укротил огнь. А также был закадычным родственником Homo erectus. Homo antecessor жил 1,2 миллиона — 800 000 годов назад и получился из Африки в Европу. Наш общий вид Человек разумный возник в Африке 200 000 годов назад и распространился по всему миру. Homo neanderthalensis имел головной мозг все больше, чем у современного человека, а уж заглавные глазницы указывают на наиболее острое зрение. Они пропали подле 30 000 годов назад, вымерли в ходе конкуренции с Человек разумный и похолодания климата.

    Ежели Миллер прав, как может быть появление технологической нации и как возможно, что мы обнаружим них всюду в галактике? Миллер считает, что ежели непростая жизнь бытует на остальных планетках либо лунах, она, скорее всего, будет воспроизводиться сквозь секс, как только это же выполняет все живое (и сложноватое) на Планете земля. Для сложноватых организмов, кои зависят от немалого и трудного туловища с генетической информацией, большая часть мутаций будут нейтральными либо вредными. В ходе полового воспроизводства половины генов у поколения берется у каждого из родителей. Без сего смешения генов остальных индивидов, бесполые, асексуальные родословные будут вырождаться и вымирать по причине скопления вредоносных мутаций. Ежели лишь воспроизводящиеся половым методом сотворения и не будут выбирать самому себе партнеров случаем, половой отбор будет неизбежен. Таким макаром, условия для безудержного полового отбора, который приведет к возникновению мозгов, языка и технологий, по всей видимости есть на остальных планетках со сложноватой жизнью.

    Одна из неурядиц, на которую указала Анна Дорнхаус, состоит в том, что в половом отборе черты, кои получают в важности, по существу произвольны. Существуют не мало сортов птиц со трудным оперением, однако ни одно из их в точности и не повторяет павлинье. Существуют не мало сортов, у каких когнитивные черты имеют значимое значение для удачного спаривания, к примеру, пение соловьев, умения гиббонов либо китов. Самцы птиц-шалашников возводят сложноватые структуры, беседки, из отысканных предметов — палок, листьев, камешков, раковин — дабы привлечь самку. Шимпанзе вовлечены в сложноватую борьбу за власть, используя на пути к ней контракты, лесть и драки.

    Невзирая на селективный фуррор разума и познавательных возможностей у почти всех сортов, непосредственно наш человечий ум, с языком и технологиями, возник на Почвы только в один прекрасный момент, а уж означает возможно редко встречающимся во Вселенной. Если б наши праотцы отыскали притягательными заглавные носы, а уж и не заглавные мозги, то сейчас у нас могли быть гигантские шнобели, а уж и не радиотелескопы, могущие достать перед началом остальных миров.

    Миллер наиболее оптимистичен. «Это редко встречающийся случай», пишет он, имея в образу, что предпочтения партнеров изредка стают «сапиосексуальными», сосредоточенными в наибольшей мере на приметных проявлениях общего ума. «С альтернативный стороны, я считаю полностью возможным, что в хоть какой биосфере половой отбор в конечном счете приведет партнеров к сапиосексуальным предпочтениям, тогда и вы получите ум и язык людского уровня. ИСТИНА, произойти это же может только раз из ста миллионов сортов. Подозреваю, что в хоть какой биосфере с половым воспроизводством всеохватывающих организмов и разнообразем сортов, вы полностью возможно получите хотя бы один род, который окажется в сапиосексуальной нише, за млрд лет».

    В текущее время планетка либо луна числится потенциально применимой для жизни, ежели крутится вокруг собственной суперзвезды в границах конкретного расстояния, на котором может быть существование водянистой жидкости на поверхности. Этот спектр расстояний именуется потенциально обитаемой зоной, зоной Златовласки.

    Ученые считают, что общественная длительность обитаемости Почвы составляет от 6,3 перед началом 7,8 млрд лет и что наш мир может оставаться пригожим для жизни в течение гораздо 1,75 млрд лет. Потому что непростая жизнь уже бытует на Планете земля 600 миллионов лет, это же время кажется полностью достаточным, дабы непростая жизнь на похожей планетке оказалась в сапиосексуальной нише Миллера. Суперзвезды с толпой все меньше солнечной размеренны в течение наиболее долговременного времени, эдак что некие миры умеют поддерживать влагу в водянистом состоянии сотки млрд лет. Ежели подсчеты Миллера верны, во Вселенной довольно не мало миров и прошло довольно времени, дабы в нашей галактике возникла сапиосексуальная внеземная нация.

    Главное послание семинара METI Insitute состоит в том, что звери обзаводятся умом, который востребован им же для выживания и воспроизводства в критериях, в каких они оказались. Ум людского уровня, с языком и технологиями, это же быстрее исключение из правил и маловероятное обстоятельство. Однако мы и не знаем, как маловероятное. Беря во внимание гигантские временные рамки и число потенциально доступных миров для швырка эволюционных костей, внеземные нации умеют быть довольно общераспространенными. Мы ординарно и не знаем. Исследование эволюции жизни и ума на Планете земля могло бы посодействовать нам оптимизировать оценки.

    Ежели инопланетные нации вправду есть, что земная жизнь могла бы поведать нам о них разуме и органах эмоций? Какими они умеют быть? Ориентируются ли они в пространстве на освещению, как только мы, либо полагаются на альтернативные ощущения? Получится ли определить с ними общий язык? О этом мы побеседуем в последующий раз.